Когда мы говорим о жемчуге, воображение рисует теплые тропические моря и ныряльщиков за сокровищами в лазурных водах. Однако на протяжении столетий Россия была одним из главных мировых экспортеров этого «живого камня». Русский жемчуг не добывали в морях — его «выуживали» из ледяных рек северных регионов.
Жемчуг Беломорья
Как отмечает в своей книге «Русское шитье жемчугом» Л. И. Янина «добыча жемчуга на Руси, по всей вероятности, началась в очень отдаленные времена, но самые ранние документальные указания о добыче жемчуга на Руси относятся к XV веку. Так, великий князь Иоанн III в 1488 году сделал подарок венгерскому королю Матиашу. В этом подарке отмечается новгородский жемчуг, его величина и чистота». Предположительно этот жемчуг добывался в озере Ильмень и в окружающих его реках.
Главным героем русского промысла была европейская жемчужница (Margaritifera margaritifera). Этот моллюск — настоящий долгожитель, способный существовать до 150–200 лет. Он крайне капризен: жемчужнице нужны кристально чистая, холодная, богатая кислородом вода и обязательное соседство с лососевыми рыбами (семгой или кумжей), на жабрах которых личинки моллюсков проводят первые месяцы жизни. Идеальные условия для них сложились именно на Русском Севере. Жемчужными считались более 150 рек: Варзуга, Умба, Кемь, Кереть, реки Карелии и Архангельской губернии.
К. П. Гемп в книге «Сказ о Беломорье» характеризует это так:
«жемчуг в Беломорье был в большом почете, это жемчуг местный, северный — речной и морской. Промышляли его на мурманском берегу, в Беломорье, в устье Северной Двины и на многих речках, впадающих в Белое море. Выделялся богатый промысел в Кандалакшском заливе, в районе западной части Терского берега; жемчужницы там плодились в большом количестве, жемчуг, по словам поморок, был «наособицу чистый».».
В XVIII веке русский жемчуг поставлялся в Европу, где его называли «ориенталом» за высокое качество, правильную форму и благородный серебристо-белый или голубоватый отлив.
Добыча жемчуга
Добыча жемчуга в России была окружена ореолом святости и строгими ритуалами. Ловцами были исключительно мужчины. Считалось, что жемчуг — «камень чистый», и идти за ним нужно с чистой душой. Перед началом сезона, который длился с июля по сентябрь (когда уровень воды в реках падал), ловцы постились, ходили в баню и избегали ссор.
Технология поиска была уникальной:
– Плот-«челнок»: Ловец строил небольшой плот из бревен, в центре которого проделывалось отверстие — «лука».
– Водозерка: Чтобы рассмотреть дно сквозь рябь воды, использовали «водозерку» (или «бурило») — берестяную или деревянную трубу со стеклом на конце.
– Заметив на дне нужную раковину, ловец доставал её с помощью расщепленного на конце длинного шеста. Это был изнурительный труд. Ловец часами лежал на животе на мокром плоту, всматриваясь в дно. Ледяная северная вода, тучи мошек и гнуса, постоянное напряжение глаз и спины — за сезон такой работы человек мог серьезно подорвать здоровье.
Добыча жемчуга напоминала азартную игру. Из сотни вскрытых раковин лишь одна могла содержать жемчужину, и далеко не всегда она была правильной формы. Самым ценным считался скатный жемчуг — идеально круглый, который «скатывался» с ровной поверхности. Были и «рогатые», и «половинчатые» жемчужины, которые шли на более простые украшения. Вскрытые раковины, в которых не находили камня, безжалостно выбрасывались. Поскольку жемчужницы растут крайне медленно (всего несколько миллиметров в год), такие массовые вскрытия наносили колоссальный урон популяции.
«Валюта» Севера
Для крестьян Архангельской и Олонецкой губерний это был один из немногих способов получить «живые» деньги. На жемчужные доходы строились церкви, снаряжались торговые суда, покупались заграничные товары. Именно на севере жемчуг стал национальным символом русского костюма. В отличие от Европы, где жемчуг был прерогативой аристократии, в России его носили даже крестьянки. Знаменитые северные кокошники, расшитые речным жемчугом, могли стоить целое состояние — стоимость одного головного убора иногда равнялась стоимости нескольких коров или дома. Жемчугом расшивали оклады икон, церковные облачения и царские наряды. При Иване Грозном жемчуг был настолько обыденным, что им украшали даже попоны лошадей.
К середине XIX века отрасль начала угасать. Причин было несколько: хищническая добыча (вскрывали всё подряд, не давая моллюскам размножаться), загрязнение рек из-за сплава леса и строительство плотин, преградивших путь семге. Так как без благородных пород рыбы цикл размножения жемчужницы невозможен, то исчезновение семги и форели привело к вымиранию моллюсков. Сегодня северная жемчужница занесена в Красную книгу, промысел прекращен, но ведется исследовательская работа по возможности восстановления условий для разведения жемчужниц. Будем надеяться, что это принесет свои плоды и прекрасный жемчуг снова появится в северных реках России, а может и в других регионах.
Автор статьи – Виктория Шестакова, магистр культурологии, дизайнер, мастер декоративно-прикладного искусства, автор блога «ВольноДумная | творческое пространство».
Эта статья открывает цикл публикаций «Жемчужный путь: от легенды до узора», в котором мы расскажем, где добывали жемчуг в России, какие поверья связаны с этим камнем, поделимся цитатами о жемчуге и женской красоте и расскажет, как жемчуг использовали в традиционном женском костюме.
